23 октября - празднование 125-летия со дня кончины прп. Амвросия Оптинского

23 октября - празднование 125-летия со дня кончины прп. Амвросия Оптинского Много лет, наблюдая и принимая ежедневный поток паломников, посещающих нашу святую обитель, мы всегда сознаем, что эти люди, - десятки и сотни, тысячи и десятки тысяч мужчин, женщин и детей, приезжают в Шамордино именно к Преподобному, поскольку Шамординская обитель была и остается для почитающих память преподобного Амвросия, таким же дорогим и значимым местом, каким является, например, Дивеево для любящих преподобного Серафима. Нельзя приехать к преподобному Амвросию и не посетить любимое им место, плод его благодатных трудов и молитв. Вспоминаются слова Высокопреосвященнейшего Феогноста, архиепископа Сергиево-Посадского, в одной из проповедей, произнесенных в нашем монастыре. Владыка сказал, что преподобный Амвросий является третьим любимейшим в православной России святым после преподобного Сергия и преподобного Серафима. Если это действительно так (а какие у нас причины сомневаться в истинности святительского слова?), то возникает вопрос, чем же именно батюшка Амвросий сподобился такой великой чести, опередив бесчисленные сонмы святителей, преподобных и праведных Русской земли, чьи имена и подвиги сияют ярче звезд небесных? И ничто другое не приходит на ум, как уникальность его личности, опередившей собственное время. Преподобный Амвросий, проживавший на стыке времен и эпох, в своем духовном облике соединяет Древнюю Русь и современную православную Россию, - и так мы можем сказать, пожалуй, только о нем одном. В нем мы видим отразившиеся черты всех времен. Он и чудотворец, как дивные Сергий Радонежский и Варлаам Хутынский, и учитель монашеского делания, как мудрый Нил Сорский. Он и всероссийский утешитель, как незабвенный Тихон Задонский, и пламенный молитвенник, как чудный Серафим Саровский. Он и защитник православной веры от отступников и поборников «прогресса», как великие Филарет Московский и Иоанн Кронштадский, он же и печальник и провидец, как таинственный Серафим Вырицкий. Присмотревшись внимательно, мы увидим признаки как древних преподобных отцов – валаамских, соловецких, печерских, белозерских, так и великих старцев новейшего времени с тем отблеском исповедничества, который наложил на них многострадальный двадцатый век. Преподобный Амвросий был человеком, чью жизнь полностью вместил век девятнадцатый, но в двадцатом веке он точно не стал бы чужим, потому что заранее видел и знал его. Его письма, его манера речи удивительно современны. Даже преподобный Нектарий, тот, что двадцатилетним юношей пришел в Оптину, когда преподобный Амвросий был уже всероссийским старцем, даже он в годы собственного старчества в своей манере общения, в письменной речи, в какой-то подчеркнутой «приниженности» когда заговаривал о себе, был выразителем той антикварной старины, которую являют нам люди позапрошлого столетия. Таков был преподобный Макарий Оптинский, и очень во многом преподобный Варсонофий. Но только не преподобный Амвросий. Его духовным даром было глубокое проникновение в жизнь тех поколений, которые опережали его по времени. Вот пример в одном из многочисленных его писем: «Вам кажется, что некоторые люди позволяют себе бесстыдно лгать, а на самом деле это совсем не так … Ежели, по слову святых отцов, и одна страсть ослепляет человека, то что будет, когда их соберется куча целая? Например, высокоумие, честолюбие, от них же — гнев и ненависть к препятствующим. Если, говорю, возобладают такие страсти человеком, может ли он иметь правильный взгляд на вещи? Не станет ли он, под влиянием этих страстей, выдавать неправильные мнения за сущую правду? Как человеку кажется, так он и говорит. Не будьте слишком строги к представляющим дело в ложном виде. Вот и солгавший на женщину, думаю, сделал это не намеренно, а, как светский человек, от рассеянности, смешав два разговора вместе: бывший в известной комнате и другой, где-либо в ином месте, по слуху (об известном предмете)... Пример сему и у нас был г-н Муравьев (А.Н.), будучи в скиту в двух кельях разных, в одной видел переплетное мастерство, а в другой — токарный станок, а после спутал все в одну келью, и так напечатал в своей книжке..» (Письма к мирским особам, письмо 114).

Вот это самое мудрое, тактичное, рассудительное проникновение в суть любой проблемы, любого вопроса, любого обстоятельства делало его своим в любой среде, в любом сословии. Он и святой, чья святость ощутима и очевидна, он же по примеру Самого Христа Спасителя «друг мытарям и грешникам», не медлящий духом войти в любой, даже самый оскверненный грехами дом, с тем, чтобы спасти в нем хотя бы некоторых. Ни к кому так точно не подходят слова апостола: «для всех был всем». Ему были важны и интересны все: купец, ищущий невесту для единственного сына, молодая вдова-помещица, ищущая смысл своей дальнейшей жизни, изломанный жизнью писатель и дипломат, ищущий монашества, которому никто из отцов не мог помочь из-за его трудного характера, запутанной личной жизни и бесчисленных долгов. И только преподобный Амвросий соглашался «возиться» с каждым – долго, терпеливо, со строгой заботливостью и материнской нежностью. И все у всех постепенно становилось на свои места.

Современного человека трудно нести. Еще труднее заставить его мыслить и чувствовать по-христиански. Нужен «подход». У преподобного этот подход был. И этот подход у него есть. Вот пример. У одной насельницы нашего монастыря родная сестра под воздействием протестантских проповедников, распространившихся в их родном городе, не признавала ни икон, ни святых мощей. Сестра-инокиня уговорила ее вместе поехать в Оптину и там приложиться к раке преподобного Амвросия. Та с неохотой согласилась. Но когда по примеру старшей сестры она склонилась к раке, то с изумлением ощутила, как поверх ее головы с отеческой лаской легла чья-то теплая рука. Подняв голову, она никого не увидела, кроме стоявшей в отдалении сестры. Тогда она вновь склонилась к раке, - и невидимая рука вновь легла ей на голову… Понятно, что в свой город девушка вернулась православной христианкой без малейшего сомнения в благодатной силе святых мощей.

Даже у самого даровитого и красноречивого человека не хватило бы, чтобы перечислить, описать и в полной мере раскрыть значение преподобного Амвросия Оптинского для каждого из нас, отмечающих в эти дни 125 лет со дня его блаженной кончины. Сестры наши называют его между собой не иначе, как «батюшка Амвросий», то есть именно так, как называли духовные чада, знавшие его живого. А разве мы знаем его другим? Он ведь не умер, а только преставился. Какое чудесное слово знали наши предки! Преставился, то есть перешел к жизни некончаемой, к жизни истинной. С нами неизменно остаются его защита и участие, его молитвенная помощь, его любовь. Потому что Бог наш не есть Бог мертвых, но Бог живых. Ему слава во веки веков! Аминь.
23 Октября 2016