Прославленное состояние Господа на земле. Протоиерей Павел Матвеевский

Прославленное состояние Господа на земле. Протоиерей Павел Матвеевский Богочеловек, приявший на себя совершить Предвечный совет триипостасного Божества о спасении рода человеческого (Евр. 10:9), испил до самого дна чашу искупительных страданий и смерти, – ту чашу, которой ужасалось человечество Его (Мф. 26:37). Единородный Сын, сый в лоне Отчи (Ин. 1:18), Себе умалил, зрак раба приим, в подобии человечестем быв и образом обретеся, якоже человек (Флп. 2:6, 7); земная жизнь Его была совершенно свободным и произвольным самоуничижением, среди которого Божество Его просиявало лишь для душ верующих. Эта жизнь, в которой наш Подвигоположник (Евр. 12:2) был искушен по всяческим, по подобию, разве греха (4, 15), закончилась на земле еще большим самоуничижением, когда Господь претерпел над собою поругание от грешников (12, 3) и был послушным Божественному определению даже до смерти, смерти же крестныя (Флп. 2:8). Крестом своим он победил смерть в самом ужасном виде: смерть жестокую, потому что крайнее бесчеловечие не может измыслить более ужасных страданий, – смерть позорную, потому что крест был орудием казни для тягчайших преступников, – смерть медленную, потому что продолжительность крестных мучений измерялась томительными часами, наконец, – смерть безотрадную, потому что Господь наш Иисус Христос в минуту своей смерти был оставлен всеми и видел при кресте своем только Матерь свою и возлюбленного ученика. Он победил смерть, когда она, взяв все предосторожности, призвала к себе на помощь могущество сильных земли: гроб окружен надежной стражей, скреплен печатью, загражден тяжелым камнем. Божественный Мертвец оплакан, намащен ароматами, обвит плащаницей и положен на ложе смерти, как могло казаться, на покой обычный смертным. Все было сделано, что одним внушала благовонная любовь для того, чтобы дать могиле покой, и другим – ожесточенная злоба неверия для того, чтобы сохранить гроб в неприкосновенной целости. Здесь все было, что бывает у людей; не было только тления смерти, потому что еще царственный пророк Давид предсказал о своем Потомке, что плоть Его не увидит истления (Пс. 15:10; Деян. 2:31). и в то время как плоть почивала в запечатанном гробе, душа Его нисходила в ад, и там Победитель смерти торжествовал победу и над имущим державу смерти – диаволом (Евр. 2:14). Так, в самой высшей степени уничижения искупителя проявилась Божественная слава Его: смертью своей он разрушил смерть и нисшествием в ад – силу диавола. Но еще яснее открылась Божественная слава Победителя смерти и ада, когда он восстал от гроба, и это прославление Его святой апостол Павел ставит в непосредственную связь с уничижением Его: темже и Бог Его превознесе (по человечеству) и дарова Ему имя, еже паче всякаго имене, да о имени Иисусове всяко колено поклонится небесных и земных и преисподних (Флп. 2:9, 10).
Воскресением из мертвых Господь запечатлел свое служение спасению людей: аще Христос не воста, говорит святой апостол Павел, тще убо проповедание наше, тща же и вера ваша (1 Кор. 15:14). Как Учитель богооткровенной истины, он проповедал Евангелие; как святейший святых, представил в своей жизни пример высочайших добродетелей; как Первоисточник благодатных сил, совершил великие чудеса; как неповинный страдалец, перенес страшные мученая и крестную смерть, – но во всей славе Божественного искупителя и неприступном величии Божества он воссиял из гроба воскресением своим. Воскресший Господь, уверив всех, что он жив, показал, что все обетования Его истинны, заповеди обязательны, искупительные заслуги действительны и что он есть и пребудет владыкой и главой святой Церкви (Еф. 1:22; Кол. 1:18), юже стяжа кровию Своею (Деян. 20:28).
По воскресении Господь оставался на земле сорок дней. Видимая общественная деятельность Его в отношении к иудеям окончилась смертью Его на кресте. Теперь, «прияв власть на земле и на небе, он уже должен был иметь в виду не синедрион с фарисеями, а целый мир, и для обращения его приготовить учеников своих. Сей-то последней, великой цели посвящены были последние дни Его на земле до вознесения на небо, как свидетельствуют о том последующие явления Его апостолам". (из сочинения Иннокентия, архиепископа Херсонского, изд. 1872 г., т. 5. С. 243). «Если бы, – замечает святитель Иоанн Златоуст, – он надеялся привлечь иудеев к вере, то не отложил бы по воскресении явиться также всем им», но он не явился в славе своей, потому что, по выражению святителя Филарета Московского, «сие для закосневших в неверии было бы бесполезно и послужило бы им только к большему ожесточению и тягчайшему осуждению». Упорствуя в своем неверии, и при явлении воскресшего враги Христовы могли бы сказать: одни, что это – «привидение» (свт. Иоанн Златоуст); другие, что «явившийся или не умирал, или ожил не божественною силою» (преосв. Иннокентий). Для упорных врагов истины и для всей вселенной воскресший Господь воздвиг из среды своих учеников целый сонм свидетелей-самовидцев (1 Ин. 1:1–3), которые сотворили все роды чудес в удостоверение истины воскресения и за нее положили свои души.
Христово тело по воскресении было, по слову святого апостола, тело славное (Флп. 3:21) и сообразно с этим состоянием получило некоторые особенные свойства, так, например, оно беспрепятственно проникало через вещественные преграды (Ин. 20:19, 26) и делалось невидимым (Лк. 24:31). По замечанию святителя Иоанна Златоуста, Господь «не постоянно и не так, как прежде, обращался с учениками (по воскресении); это было не открытое присутствие, но некоторые знамения того, что он присутствует; он являлся им в другом виде, с другим голосом, в другом образе; часто, предстоя пред апостолами, не был узнаваем ими и не делал ничего человеческого, как это было прежде, показывая, что и тогда это делалось по снисхождению». Если же у святых евангелистов есть указание на то, что он принимал пищу (Лк. 24:41–43; Ин. 21:5), то, без сомнения, как говорит тот же святой отец, «это происходило как-нибудь чудесно, не потому, чтобы естество (Христово) еще нуждалось в пище, но по снисхождению, для доказательства воскресения». Такое обращение воскресшего с учениками могло мало-помалу приучить их к разлуке с ним, которая должна была вскоре последовать. В явлениях по воскресении он не представляется уже жителем земли, но скорее небожителем, который как бы медлит на земле для известной цели. Он дает видеть себя лишь тогда, когда это необходимо для уверения в воскресении, и лишь столько времени, сколько нужно. При этом нет и речи о местопребывании Его, путешествии, передвижении с места на место и других обстоятельствах, обычных людям. Воскресший являлся вдруг, мгновенно, и так же делался невидимым, и никто не знал, откуда он пришел или куда пойдет. К этим поразительным видениям очами присоединялось внутреннее действие благодати Божией, которое вселяло в сердца верующих непоколебимое убеждение в великой истине христианства.

Продолжение следует.

28 Апреля 2017