Шамординские листки

Молитва никогда не быва­ет неуслышанною Молитва никогда не быва­ет неуслышанною, а бывает только то, что посылаемое вследствие ее есть не то, о чем просят, не зная, что то неполезно для них и что оно невидимым оставляет­ся потому, что увидеть то не безвредно для получающих. Будь же всегда терпелив в молитве и уверен будь, что молитва никогда не остается бесплодною.
Кто медлит причащаться, доставляет себе этим большой вред. У меня вызывают удивление те христиане, которые бывают, насколько это возможно, достойными, однако причащаться не спешат... Как могут они очистить свой ум, просветить свой разум, удобрить все силы души, не причащаясь Тела и Крови нашего Господа, которые есть истинное очищение, истинная красота, истинное просвещение и благородство души, как прежде сказал нам божественный Златоуст? Или как возможно убежать им от мысленного фараона и из Египта, горького и преследующего их греха, когда они не запечатаны и не знаменованы Честной Кровью Христовой, как говорил Григорий Богослов?
Всячески избегай того, что нарушает мир душевный Среди всех тревог и придирок К. и другого прочего, умудряйся направляться к внутреннему христианству: и старайся отражать все противные помышления молитвенным призыванием имени и помощи Божией.
О том, сколь много мы заботимся о теле, и сколь мало о душе. В Евангелии сказано: Кая бо польза человеку, аще приобрящет мир весь, и отщетит душу свою? (Мк. 8: 36). Вот как драгоценна душа человеческая! Она дороже всего мира, со всеми его сокровищами и благами. Но страшно подумать, как мало понимаем мы достоинство безсмертной души своей. На тело, это жилище червей, этот повапленный гроб, обращаются все наши мысли, от утра до вечера, а на безсмертную душу, на драгоценнейшее и любимейшее творение Божие, на образ Его славы и величия, едва обращается одна мысль во всю неделю.
Происхождение монашества; отличие его от мира Монашество произошло от желания жить в точности по Евангельскому учению, потому что среди молвы городской, и в заботах житейских, представляется большое неудобство жить в точности по Евангельскому учению, хотя и все обязаны исполнять оное. Монахи от мирян различаются тем, что последним дозволена жизнь в супружестве, а первые избирают жизнь (безбрачную) безсупружную.