14 января исполняется 100 лет со дня кончины благотворительницы нашей обители Анны Яковлевны Перловой

14 января исполняется 100 лет со дня кончины благотворительницы нашей обители Анны Яковлевны Перловой

В этом году, 14 января исполняется 100 лет со дня праведной кончины благотворительницы нашей обители, Анны Яковлевны Перловой, в монашестве Амвросии.

Имена благодетелей Сергея Васильевича и Анны Яковлевны Перловых навечно вписаны в историю Казанской Амвросиевской пустыни. Благодаря им был создан поражающий своей необыкновенной красотой архитектурный ансамбль Шамординского монастыря с центральным пятнадцатиглавым собором в честь Казанской иконы Божией Матери. Праведная жизнь супругов Перловых может служить образцом и примером для будущих поколений. Их отличало особое благочестие, искренняя твердая вера и упование на Промысел Божий. В дружной семье супругов Перловых было три дочери: Елизавета, Любовь, и Варвара.

Анна Яковлевна происходила из старинной купеческой семьи Прохоровых – владельцев Трехгорной мануфактуры, старейшего московского текстильного предприятия. Семья Прохоровых была глубоко верующей и благочестивой. Бабушка Екатерина Никифоровна учила своих сыновей помогать бедным, призревать немощных и больных, жить в страхе Божием и правде.

Анна Яковлевна, унаследовав благочестие своих родителей и будучи духовной дочерью Оптинского старца Амвросия, всем сердцем желала и молилась, чтобы и Сергей Васильевич также нашел поддержку в его советах и наставлениях. Беседы с отцом Амвросием успокаивали ее тревогу о муже. «Глубокий знаток сердца человеческого, старец Амвросий из первого знакомства с женой С. В. Перлова и из ее рассказов о нем сразу проник в сущность характера ее мужа и строго сказал ей: «Никогда не зови его с собой в Оптину,» – и затем прибавил: «Он сам приедет». Предсказание старца сбылось в точности. В один прекрасный день Сергей Васильевич объявил своей жене, что он с ней едет в Оптину пустынь». Так, по молитвам Анны Яковлевны Сергей Васильевич тоже стал преданным духовным чадом преподобного Амвросия и впоследствии главным благотворителем Шамординской обители.

В октябре 1891 года тяжелая скорбь постигла Шамордино и ее насельниц – скончался старец Амвросий, с материнской любовью заботившийся о созданной им обители. Всеобщую печаль разделяли и супруги Перловы, которые также лишились своего горячо любимого духовного отца и наставника, под водительством которого они жили многие годы. Анна Яковлевна лично присутствовала на похоронах и приняла деятельное участие в организации поминальной трапезы, за что Преосвященный Виталий лично поблагодарил ее.

О глубоком духовном единении старца Амвросия и Анны Яковлевны Перловой свидетельствует жизнеописатель отца Амвросия, архимандрит Агапит (Беловидов): «За год перед <…> последним отъездом старца Амвросия в Шамординскую общину, теперешняя благодетельница этой обители, Анна Яковлевна Перлова видела во сне какую-то икону Божией Матери, и сказала о сем старцу: но сколько старец ни показывал ей икон, ни одной из них не оказалось схожею с виденною ею во сне. Тогда батюшка велел ей, когда отыщется где-нибудь виденная ею во сне икона, заказать живописцу таковую написать. По времени оказалось, что то была икона Божией Матери, называемая «Споручница грешных». <…> По получении старцем этой иконы она была повешена на стене, вдоль которой стояла койка, где старец полулежа принимал народ. Когда же он намеревался отъезжать из скита, велел отцу Иосифу поместить эту икону над своим изголовьем и затеплить пред нею неугасимую лампаду, что и исполнено было впоследствии по отъезде старца.  Это обстоятельство в связи с предыдущими несколько наводит на мысль, что старец имел предчувствие, а может быть и вполне знал, что он оставляет скит навсегда, а потому он и как бы поручал свой скит, а с ним и всю обитель, Матери Божией». 

Глубоко почитая старца Амвросия, Сергей Васильевич и Анна Яковлевна старались сохранить и благоукрасить место его упокоения. Их усердием в Оптиной пустыни над батюшкиной могилой были сооружены часовня и мраморный памятник.

После смерти отца Амвросия духовным отцом семьи Перловых становится его приемник – Оптинский старец Иосиф. Влияние этих святых отцов не могло не отразиться на духовном мире всей семьи.

Матерь Божия, особенно покровительствуя монашествующим, Сама незримо управляет иноческими обителями. По молитвам преподобного Амвросия, Царица Небесная распростерла над его обителью Свой покров, что с ясностью проявилось в особой заботе о Казанской Амвросиевской пустыни благочестивых и богобоязненных супругов Перловых. По воспоминаниям Шамординской монахини Александры (Ромейко-Гурко) Сергею Васильевичу Перлову явилась во сне Божия Матерь и велела принять на себя попечение о Шамординской обители. Таким образом Сергей Васильевич и Анна Яковлевна явились исполнителями воли Самой Царицы Небесной.

Супруги Перловы, с любовью заботясь о внешнем благоукрашении монастыря, имели попечение и об улучшении условий быта насельниц, так чтобы у сестер оставалось больше сил и времени для молитвы и духовного труда. С этой целью в обители были устроены по новейшим технологиям водопровод, калориферное печное отопление, новое просторное здание трапезной было оснащено новейшими хозяйственными приспособлениями, облегчающими труд сестер. Были устроены многочисленные мастерские, чтобы обитель могла самостоятельно развиваться и обеспечивать себя.

Супруги Перловы были участливы ко всем сестрам и при необходимости с благословения игумении могли оказать посильную помощь, но во внутренние порядки монастыря никогда не входили, всегда строго соблюдая и поддерживая распоряжения монастырского начальства. Известен случай, когда одну заболевшую послушницу Анна Яковлевна в течение месяца лечила в Московской клинике, оплатив все расходы

В декабре 1890 года в Шамординском детском приюте случился пожар. Калужская Консистория направила Настоятельнице предписание о незамедлительном строительстве приюта. Ущерб от пожара в приюте равнялся шести тысячам рублей. Анна Яковлевна Перлова приняла искреннее деятельное участие в этом важном деле, и внесла свои личные средства для строительства нового двухэтажного здания приюта. В 1900 году Духовная Консистория приняла следующее решение: «Принимая во внимание, что супруга Потомственнаго Дворянина Анна Яковлевна Перлова в сооружении на собственныя свои средства добавочнаго к общинному детскому приюту обширнаго здания, стоящаго 5000 руб. выразила свою особенную заботливость об улучшении быта детей с предоставлением им возможности обучаться здесь, кроме грамотности, полезным рукоделиям, Консистория полагает ходатайствовать пред Его Преосвященством об изъявлении Г<оспо>же Перловой Архипастырской признательности за устройство сказаннаго здания, с предложением принять ей на себя звания Почетной попечительницы упомянутаго приюта». Анна Яковлевна с благодарностью приняла на себя эту почетную должность и с усердием стала заботиться о детях.

В 1897 году она пожертвовала обители 8 десятин земли.

8 июля 1901 года на праздник Казанской иконы Божией Матери произошло два важных события в жизни Шамординской обители – Казанская Горская община получила статус общежительного монастыря и стала называться Казанской Амвросиевской женской пустынью, а настоятельница монахиня Евфросиния была возведена в сан игумении. Эти торжества возглавил Преосвященнейший Макарий (Троицкий), епископ Калужский. Радость этих событий вместе с матушкой игуменией и насельницами разделяли и супруги Перловы.

Благодаря деятельному участию Анны Яковлевны Перловой 9/22 июля того же года состоялось еще одно торжественное и значимое для обители событие – освящение церкви в честь Успения Божией Матери на монастырской даче хутора Руднево. Старец Амвросий, отмечавший особенную святость этого места, часто посещал эту монастырскую дачу и предсказывал рудневским сестрам, что у них будет своя церковь, в то время как сестрам это казалось неосуществимым делом. Эта церковь и деревянный корпус на каменном фундаменте были устроены старанием и на средства Анны Яковлевны. Она писала в Консисторию, что «в виду глубокого уважения к Казанской Амвросиевской женской Пустыни и продолжительного с этой обителью духовного единения, она, Перлова, с дозволения Настоятельницы Пустыни Игумении Евфросинии выстроила на собственные средства при даче «Руднево», принадлежащей Пустыни, деревянный корпус на каменном фундаменте, <…> разделенный каменной стеной на две равные половины, <…> предназначив одну половину корпуса для своего проживания, когда она, Перлова, будет посещать обитель, а другую половину желая предоставить в полную собственность Настоятельницы Игумении Евфросинии».

К 1898 году прежние здания монастырской богадельни и больницы не только не могли уже вместить всех призреваемых, но и пришли в ветхость. Анна Яковлевна, заботясь о старых и больных сестрах, приняла теплое участие в разработке проекта нового двухэтажного каменного здания богадельни. Она предложила устроить с восточной стороны домовую церковь, которая коридором могла соединяться с кельями. Проект выполнялся под присмотром губернского инженера Б.А. Савицкого. В 1901 году постройка была завершена и церковь в честь иконы Божией Матери «Утоли моя печали» приготовили к освящению, которое совершил Преосвященный Вениамин 25 октября/7 ноября 1902 года.  В просторном, светлом, со всеми удобствами помещении разместились 60 человек. Современники так вспоминали о посещении богадельни: «Кроме старости и болезненности здесь можно встретить и физические уродства. Все это больное, безпомощное и нервное требует самого тщательного и терпеливого ухода. В просторных и светлых помещениях проживают несчастные, обездоленные судьбой насельницы, получая хороший уход и удовлетворение всем своим потребностям, им остается благодарить за то, что судьба пристроила их под радушным, теплым кровом обители. В самом деле, где, на какие средства можно так прожить в миру?» Помещение богадельни было устроено так, что церковное богослужение было слышно во всех кельях, а те, кто имел возможность передвигаться, могли присутствовать в храме, размещаясь на хорах второго этажа этого же здания. В этом храме, в честь образа Божией Матери «Утоли моя печали», обычно пел хор из детского приюта и за богослужением присутствовали сами приютянки. Современники говорили, что трогательно было видеть, «как беспомощная старость и бесприютное детство соединяются в одной общей благодарной молитве».

В 13/26 декабря 1910 года мирно отошел ко Господу глубоко почитаемый и искренне любимый всеми насельницами Казанской Амвросиевской пустыни Сергей Васильевич Перлов. «Анна Яковлевна – высокая христианка, воспитанная духовно старцами, не предалась скорби не имущей упования, но со смирением приняла ниспосланное испытание и твердою рукой закрыла глаза своему верному другу, в течение 49 лет отдававшему ей свое сердце. Несмотря на свой самостоятельный и властный характер, Сергей Васильевич делал все, что и как желала А. Я. Трогательный по силе значения рассказ слышали Шамординские сестры лично от Сергея Васильевича «С тех пор, как я женился, – рассказывал он, – я не знал, как бы и чем порадовать Анну Яковлевну, – доставлял ей разные удовольствия, наряжал ее. Бывало, купишь какую-нибудь редкую брильянтовую вещь и заранее утешаешься, что наконец она обрадуется. Нет, – ничуть ни бывало, – равнодушно посмотрит и спрячет. И вот когда уж состарились мы, я, наконец, нашел то, чего искал всю жизнь, чтобы доставить ей настоящую радость, – это – Шамордино. Я увидал, что, делая для Шамордина, я делаю счастливой Анну Яковлевну».

После похорон Сергея Васильевича, Анна Яковлевна продолжала жить с семьей старшей дочери в Москве в своем доме №19 на улице Мясницкой, подолгу бывая в Шамордино и не оставляя его своим попечением и заботой. Шамордино, как при жизни Сергея Васильевича, так и после его кончины, для всей семьи было вторым домом, – дочери, зятья, внуки, племянники ездили в Шамордино вплоть до его закрытия, исполняя завет Сергея Васильевича приезжать к нему на могилу и таким образом не прерывать связи с обителью. Внучка Сергея Васильевича Нина Владимировна Бахрушина писала в своих воспоминаниях, что поездки в Шамордино для всех членов семьи были всегда большой радостью.

Кончина С.В. Перлова, а затем и матушки игумении Екатерины и Шамординские скорбные обстоятельства, как следствия этих двух утрат, сильно пошатнули здоровье духовника Шамординской обители отца Иосифа. Начиная с нового 1911 года, батюшка Иосиф был особенно слаб и весь февраль почти никого не принимал. «На третий день Пасхи 12/25 апреля батюшка заболел последней смертельной болезнью, начавшейся сильной рвотой, а затем повышением температуры до 39,1. От доктора и лекарств батюшка совершенно отказался, несмотря на усиленные просьбы всех духовных детей. Но доктор все же был приглашен по просьбе <…> Анны Яковлевны Перловой, обратившейся с ней к о. Архимандриту, и батюшка по своему смирению, как бы за послушание, согласился принять доктора».

Предчувствуя близкую кончину и несмотря на сильные физические страдания, старец Иосиф отдельно благословил каждую Шамординскую сестру и сам распорядился телеграфировать Анне Яковлевне, чтобы она приехала. Через несколько дней старец стал ее провожать обратно. Ей хотелось остаться еще около старца, но он настойчиво отправлял ее в субботу, вопреки своему правилу никого не отпускать под праздник. Возвратившись в Москву Анна Яковлевна вдруг почувствовала боль в глазу. У нее внезапно подступила желтая вода, и необходима была немедленная операция. Если бы она осталась еще день в Оптиной, то глаз ее был бы потерян.

Духовная связь Анны Яковлевны Перловой с Оптинскими старцами продолжалась до последних дней ее жизни. Есть сведения, что Анна Яковлевна за несколько лет до смерти приняла тайный постриг с именем Амвросии. Вспоминая о последних годах жизни Анны Яковлевны, правнучка Вера Николаевна (по линии дочери Любови Сергеевны Бахрушиной), вспоминает: «Жила она как монашка, ходили к ней какие-то тихие женщины, все в черном. Ела все постное. Любила гречневую кашу и в революцию ее только удивляло, почему переведены часы на час и трудно достать гречневую крупу…».

Нина Владимировна Бахрушина в своем дневнике описала кончину Анны Яковлевны: «Умерла Бабушка. Все наши старики умирают, и становится грустно и тоскливо. Уходят люди и жизнь, которая нас окружала с детства, которая давала   свой особый отпечаток на наше детство и юность, отпечаток и традицию. Теперь все отходит в прошлое. Бабушка умерла 1 января. Я была в этот день у нее. Она сидела, была весела и оживлена, как давно я ее не видела. Когда я уходила и прощалась с ней, она сказала: «приходите опять (мы были с Сережей), вы меня очень повеселили». <…> Когда мы ушли, она все вспоминала наши рассказы, а через пол часа ей сделалось плохо и через час она умерла. Мне грустно, что умерла моя милая старушка, но я бесконечно благодарю Бога, что она не страдала. Ведь ее болезнь последние дни стала прогрессировать и страдания могли бы быть ужасные. Она лежала в гробу с такой радостной и счастливой улыбкой. Что ей теперь большевики и ужас нашей жизни, думала я. Теперь она увидела настоящую, радостную жизнь. Мы, внуки, несли крышку гроба, которой ее закрыли навсегда. Я стояла у гроба, когда его закрывали, но что-то я не помню, как его заколачивали. Я смотрела на маму, она так плакала, грустно начался Новый год».

По свидетельству Шамординской монахини Амвросии (Оберучевой), Анна Яковлевна Перлова умерла в Москве в такое время, когда нельзя было перевезти ее останки в обитель, которой она так много и самоотверженно помогала большую часть своей жизни.   Место ее погребения до сих пор остается неизвестным.  

Всю свою жизнь Анна Яковлевна избегала почестей, людской похвалы и мирской славы, и вследствие собственного желания ее имя не было упомянуто ни в одном из Шамординских монастырских изданий. Но никакие земные награды не могут сравниться с той наградой, которую Господь даровал Сергею Васильевичу и Анне Яковлевне за их милосердие и сострадание к ближним и особенную помощь Казанской Амвросиевской женской пустыни. Русский поэт Василий Андреевич Жуковский писал: «Право сделать добро есть величайшая награда, какую только человеку заслужить можно. <…> Благотворение есть нечто святое. Не всякий, имеющий деньги, может сметь называться благотворителем! Это храм, в котором присутствует Бог, и в который надобно входить с чистым сердцем» Преподобный авва Виссарион так говорил о тех, кто со страхом Божиим помогает женским обителям: «Подающий милостыню инокиням примет награду в сто раз большую, нежели благодетельствующий слепым и прокаженным, по той причине, что инокини ради любви Божией презрели мирскую гордость, возненавидели молву и мятеж мирских селений, предпочли любовь к Христовым заповедям наслаждению прелестями мира,… поработили сами себя в служение иным ради любви Божией. Почему могущий подавать милостыню монахиням получит от Бога награду и венец великие…»

Да будет и от нас, современных насельниц Шамординской обители вознесена Богу благодарная молитва о упокоении приснопоминаемых супругов Перловых: монахини Амвросии и р. Б. Сергия. Вечная им память.

14 Января 2020