Монашеское молитвенное правило: трудности и пути их преодоления

Монашеское молитвенное правило: трудности и пути их преодоления

Ваше Высокопреосвященство, досточтимые отцы и матери, с глубоким почтением к вам приношу вам свои смиренные пожелания Божией помощи и благословение Святой Горы. Позвольте предложить вам некоторые размышления на тему: «Монашеское молитвенное правило: трудности и пути их преодоления. Как игумен помогает братству сохранить ревность к молитве».
Эта тема представляет собой главный вопрос в духовной жизни монахов. Все мы теоретически знаем, или читаем, или слушаем наставления о молитве. Мы знаем о молитве из Священного Писания, из творений святых отцов, из сочинений современных старцев Святой Горы, Греции, России и других Православных Церквей. Горячая и искренняя молитва подвижника является для нас признаком его святости, мерилом его духовного преуспеяния и становится предметом нашего восхищения. Все без исключения: ученые богословы и простые монахи, отшельники-исихасты и насельники общежительных монастырей, верующий народ – признают и доказывают необходимость личной молитвы.
Наш старец, архимандрит Эмилиан (Вафидис), проигумен монастыря Симонопетра, всегда обращал особое внимание братства на то, что величайшее зло, какое только может быть в жизни человека – если он не умеет молиться. И эту катастрофу невозможно сравнить ни с какой другой. Более просто говорит преподобный Паисий Святогорец: «Суть дела в том, чтобы начал работать моторчик, то есть сердце». И еще: «Когда кто-то научится молиться, такой даже если и захочет принять плохой помысел, не сможет». Одним словом, молитва – это всё. Молитва – это атмосфера, в которой душа живет и дышит. И если молитва правильна, она всё приводит в порядок, устраняет все трудности, разрешает все проблемы, освобождает от тревог и очищает грехи. Тогда молитва даже творит чудеса в нашей жизни. Опыт всех святых отцов сводится к следующей неоспоримой истине: «Наше монашеское призвание есть всецелое посвящение себя непрестанному предстоянию, днем и ночью, пред Богом». Если мы спросим себя: «Для чего мы пришли в монастырь?», то увидим, что ответ очевиден: «Потому что монастырь – это самое подходящее место для молитвы».
Пока мы говорили о вещах общеизвестных и всеми признаваемых.
Теперь перейдем к обсуждению конкретных проблем, с которыми приходится сталкиваться монахам при совершении личного молитвенного правила, а именно:
– Как мы должны совершать молитву, чтобы она была действенной.
– Какие трудности встречаются в молитве и как их можно преодолеть.
– Как игумен помогает сохранить ревность к молитвенному правилу.
Прежде чем приступить к рассмотрению этих вопросов, отметим два момента:
Во-первых, молитвенное правило монаха святые отцы называют литургией. Это значит, что наше личное правило – это не просто единословная молитва Иисусова, но гораздо более обширное делание, охватывающее всю жизнь человека. Личная жизнь монаха неразрывно соединена с его жизнью в монастыре среди братий и охватывает все его отношения с ближними и с Богом. Поскольку мы живем среди людей, мы должны быть внимательными к нашим отношениям с ними. Нужно стараться так проводить свой день, чтобы иметь возможность ночью совершать свое правило. Для этого мы должны общаться с ближними в духе евангельской любви, не выносить на всеобщее обсуждение свои проблемы, не настаивать на своем мнении, не проявлять злопамятства. Напротив, мы несем ближним мир, делимся с ними своим опытом, выражаем в общении нашу благодарность Богу и людям. И такое устроение мы приобретаем через молчание, молитву, нашу связь с Богом в келье. Архимандрит Эмилиан говорит: «Никто не становится святым от общения с людьми. Освящается человек именно во время молитвы. Он закладывает глубокий фундамент, основу всего своего бытия именно на своем правиле, в уединении, когда он объят Божественным веселием, то есть когда Господь дарует ему Свою благодать во время молитвенного правила. Когда истина встречается с праведностью, то есть когда мое духовное состояние истинно и в своей молитве я с радостью встречаю праведного Бога, тогда я могу искать благодатных переживаний». Иными словами, именно через молитву человек может достичь благодатных состояний, сподобиться святости, общения с Самим Богом.
Во-вторых, личная молитва монаха не может существовать сама по себе, она соединена с богослужением и особенно с Божественной Евхаристией, подобно тому, как вера соединяется с делами, или как подвиг немыслим без смирения. Молитва монаха сама по себе остается бесплодной, обращается в частное дело или даже бывает ложной, если она не сопровождается участием в богослужении, приобщением Святых Таин, жизнью в братстве, как в едином теле. С другой стороны, и одно богослужение без личной, внутренней, живой молитвы оказывается формальным служением Богу, всего лишь добротным исполнением уставных указаний.
Теперь давайте попробуем ответить на вопрос, как мы должны совершать молитву, чтобы она была действенной?
Келейное правило монаха очень важно, оно может созидать братство и верующих и служить делу Христову в мире. Для Господа нет ничего важнее спасения душ – тех душ, ради которых Он претерпел Распятие, потому что каждая душа для Него драгоценнее всего мира.
По общему мнению святых отцов, для монаха предпочтительнее совершать молитву ночью, потому что ночь – это время, когда Бог обычно говорит с человеком. Ночью молился Христос и апостолы, ночью происходили главные события Божественного Домостроительства, ночь свободна от шума и хлопот. Если монах в течение дня будет следить за тем, чтобы его дела и слова были по Богу, и постарается хранить, насколько возможно, память о Боге, повторяя молитву Иисусову, тогда в ночной тишине его ум окажется свободным от помыслов и попечений. И тогда монах сможет произносить молитву иначе, чем произносил бы ее днем, более чисто и трезвенно. Для большинства людей, впрочем, нужно подготовиться к тому, чтобы начать молитвенное правило. Как это лучше сделать, монах должен определить для себя вместе с игуменом, испробовав разные способы подготовки к правилу. У игумена монах берет благословение на всё, советуется с ним даже в малых, личных вопросах своей жизни.
Подготовкой к молитвенному правилу могут служить земные поклоны –некоторым поклоны так нравятся, что они делают их тысячами в продолжение ночи, соединяя их с молитвой. Полезной подготовкой к молитве может быть чтение житий святых, празднуемых на следующий день, ради того чтобы получить их помощь во время молитвы. В любом случае необходимое и обязательное чтение — это Священное Писание и аскетические творения. Цель такого чтения – не получение интеллектуального знания (этим можно заняться в другое время), но пробуждение духовного чувства. Священное Писание, как говорил нам старец Эмилиан, — это «правила того языка, на котором с нами будет говорить Бог».
Когда монах подготовится таким образом к молитве, напитавшись божественным нектаром Писания, как организм питается вещественной пищей, он начинает творить молитву Иисусову. Эта молитва получила название «умной» или «сердечной», потому что она должна войти во внутренность души, в сердце, этот центр нашего существа, по словам Священного Писания. Как же монах будет творить молитву? Древние святые отцы говорят о некоторых приемах, в том числе психосоматических. Другие отцы, например русские подвижники XIX века, опасаясь прелести, советуют большее внимание придавать не каким-либо внешним пособиям при совершении молитвы, а вниманию к словам молитвы. В православном предании существует разнообразие мнений на эту тему. Старец Эмилиан не придавал особого значения приемам молитвы, или, правильнее сказать, каждому монаху советовал свой метод, тогда как в других монастырях Святой Горы один конкретный метод может определяться как обязательный для всего братства. Во всяком случае, для успешного совершения личного правила значение имеет не метод, но наше расположение встретить Христа. Здесь, в ночной тьме, я не вижу Христа, но любовь к Нему так воспламеняет мое сердце, что я как будто чувствую Его присутствие рядом с собой.
Приведу небольшой отрывок из беседы старца Эмилиана, где он говорит о том, что молитвенное делание может совершаться самыми разными способами. Отрывок взят из толкования старца на изречение святого Григория Синаита о молитве. Итак, старец говорит: «Молиться человек может самыми разнообразными способами. Каждый человек — это личность, у каждого из нас свой путь, и потому все играет роль: место, где совершается молитва, состояние и характер человека, климатические условия в том месте, где он живет, окружающие его люди... Например, одно дело жить в Эссексе и другое — на Святой Горе. Одно дело находиться в безмолвном месте, на какой-нибудь уединенной горе, и другое дело в общежительном монастыре. Все имеет значение».
В любом случае, быстрое произношение молитвы помогает при совершении правила. Помогает именно потому, что не оставляет места помыслам. Монах непрестанно призывает имя Господа Иисуса Христа, прибавляя прошение о помиловании: «помилуй мя», и от этого у него возникает не чувственно-сентиментальное, но подлинное сокрушение. Постепенно память о Боге становится дыханием монаха. Он вдыхает Божественную жизнь, веяние Святого Духа, и тогда уже молитва влечет его к себе, заменяя все другие влечения. Так монах приобретает ум Христов. Бог Слово сеет Свое слово, и это слово, как божественное семя, попадает на добрую почву. Семя растет и пробуждает человека, воодушевляет и ободряет его, дает ему чувство внутреннего мира, а также делает его твердым, постоянным, сильным и способным принимать решения.

Трудности в молитве и способы их преодоления
Первая трудность — это время. Всякого рода деятельность не должна оттеснять личную молитву и богослужение на второй план, но, напротив, именно вокруг молитвы нужно строить всю монастырскую жизнь. Недопустимо посвящать молитве и богослужению лишь какие-то обрывки времени, остающиеся от остальных дел. Ведь для того, чтобы хорошо помолиться, монах должен располагать временем и для подготовки к молитве. Иными словами, он должен создать внутри себя соответствующую атмосферу, настрой, расположение. Если он начнет чувствовать в душе покаяние, сокрушение, то это и будет самое подходящее для молитвы расположение. В состоянии сердечного сокрушения мы стремимся к тому, чтобы «заключить» необъятного Бога в нашей, как правило маленькой, келье и «привести» Его туда, где находимся мы. Молитва — не безлична, это общение двух лиц: молящегося человека и подлинно сущего Бога. Бог присутствует там, где я молюсь, и Он истинно существует, независимо от того, чувствую я это или нет, верю я в это или нет.
Допустим теперь, что монах располагает необходимым для подготовки и для молитвы временем. Но это еще не значит, что у него больше не будет никаких проблем. Где, как не в молитве, монаху встречаться с трудностями? Ведь его главное поприще — это молитва.
Как правило, стоит лишь начать произносить молитву Иисусову, как тут же возникают затруднения. Вдруг всплывают в памяти яркие воспоминания всех событий прожитого дня, всего, что мы слышали и сказали. Или начинает представляться, что какие-то незаконченные дела необходимо решить сейчас же в срочном порядке. Кроме того, одолевает сонливость, даже если мы перед этим достаточно отдохнули. Бывает, что какая-то невыносимая тяжесть, внутреннее смятение не дает произносить молитву даже вслух. Многие, испытывая на себе все описанное (а это может повторяться каждую ночь на протяжении целых лет) и не получая от молитвы никакой радости, не вкушая сладости молитвы, о которой они читают в книгах, постепенно падают духом, разочаровываются и, наконец, оставляют ночную молитву под тем предлогом, что это не для них, они на такое не способны.
«Что же делать в такой ситуации?» — спрашивает старец Эмилиан. И далее отвечает: «Не будем забывать, что трудности, с которыми мы сталкиваемся в молитве, не случайны. Самим своим появлением они свидетельствуют нам, что молитва начинает становиться нашим искренним убеждением, нашим занятием, делом, привлекающим нас к себе. Как правило, у людей, не прилежащих молитве, не бывает серьезных трудностей, потому что сатана убаюкивает их надеждой на то, что они «что-то делают», как-то преуспевают. Дай Бог нам всем получать от молитвы истинное наслаждение, посылаемое Богом, это очень полезно для духовной жизни. Но я хочу, чтобы вы знали, что по крайней мере в начале, если не сказать по крайней мере в течение нескольких лет (а то и всей жизни), гораздо полезнее для нас встречать в молитве трудности и препятствия, а не наслаждения. Когда я встречаю препятствия, тогда по-настоящему испытывается моя воля, свободное произволение, любовь к Богу».
Итак, трудности в молитве – это совсем не повод для того, чтобы ее оставить. Бросить молитву — это не решение проблемы, так же как и страх перед трудностями — не то чувство, с каким мы должны эти трудности встречать. Нужно преодолеть в себе страх даже перед самыми серьезными затруднениями в молитве.
Как правило, трудности возникают именно при молитве Иисусовой, потому что она — та «тяжелая артиллерия», что уничтожает силы врага и низводит благословение с небес. И когда нам тяжело молиться по четкам, нужно прибегнуть к вспомогательным средствам: чтению святых отцов и Псалтири. Только спокойно и без паники. Такая смена деятельности весьма полезна.
Можно сказать, что препятствия и трудности доказывают лишь то, что молитва, которая нас утомляет и распинает, на самом деле играет решающую роль в нашей жизни, обладает огромной силой и существенно необходима нам. Если хотите, молитва — это призыв к смерти, исходящий от Самого Христа. Иначе говоря, наши трудности — это смерть, несение креста Христова, мученичество. Итак, Христос в этот час молитвы призывает монаха взять на себя крест, и согласие монаха ценно в глазах Христа.
Допустим, что монах или просто верующий человек каждый день молится Христу, умоляя послать ему крест, прося, чтобы исполнялась воля Божия в его жизни. И вот во время молитвы Христос говорит ему: «Возьми Мой крест сейчас». Если в этот момент человек отвергнет крест, это означает, что он не распинается ради того, чтобы воскреснуть вместе со Христом, но сам не знает, чего просит у Бога.
Христос призывает нас к несению креста, и нет ни одного человека, который спасся бы без креста. И если во время молитвы ты чувствуешь, как будто умираешь во мраке и полном унынии, это все-таки лучше, чем заниматься чем угодно другим. Тебе трудно молиться? Это доказывает, что Бог рядом с тобой, Он призывает тебя разделить жребий святых апостолов, хочет даровать тебе спасение, как всем Своим святым. Иначе говоря, ты стоишь в притворе храма и уже готов войти внутрь, где тебе откроется свет Христов.
Итак, монах должен понимать, что трудности в молитве для него спасительны. И перед тем, как начать молиться, пусть он не ждет, что все пойдет хорошо и гладко, но думает только о том, что сейчас будет предстоять пред Богом. Нужно быть готовым принять все. Нужно приступать к молитве, ощущая себя рабом неключимым, верным и неусыпным стражем, не ожидая вознаграждения, не ожидая ничего.
И наконец, следует осознать, что в корне неверно мнение о том, будто умная молитва является достоянием одних безмолвников, и не подходит для общежительных монахов, которые якобы должны довольствоваться только богослужением и телесным трудом. Такие рассуждения — это клевета на православное предание исихастской и духовной жизни. Молитва предназначена для всех, и все могут вкушать ее плоды, было бы желание и необходимые условия, которые должен создать монастырь, то есть относительное безмолвие и время на молитву. Без этих условий не может быть и речи о настоящем монашестве.
Теперь рассмотрим, как игумен может помочь монаху сохранить ревность к молитвенному правилу.
Наставления игумена имеют огромное значение для преуспеяния монаха в молитве и сохранения ревности в подвиге. Игумен не обязательно должен быть великим подвижником умного делания, главное, чтобы он понимал, что это делание есть существенное занятие монаха, в том числе насельника общежительного монастыря. Если он сам убежден в этом, то и своим монахам будет передавать любовь к молитве, а также создаст необходимые условия для молитвы: позаботится, чтобы у монахов было время для молитвы, уединение и относительное безмолвие. Более того, если такой игумен заметит, что какой-то монах горит особенной ревностью к молитвенному деланию, то он будет поощрять его и давать ему больше времени на молитву, даже в ущерб работе на послушании. Таких ревностных любителей молитвы и бдения нужно считать сокровищем для общежительного монастыря. Они совершают то служение, которое служит опорой для всего братства. Старец Эмилиан не уставал повторять, что дело игумена — созидать в братстве правильный настрой, то есть осознание того, что цель жизни в монастыре — это соединение с Богом через молитву.
Кроме того, игумен — это «наставник душ». Он не должен заставлять всех насельников творить молитву Иисусову одинаково. Скорее он должен, как любвеобильный отец, уделять особое внимание тому, кто испытывает какие-то трудности, помогать каждому найти свой собственный способ предстояния пред Богом. Священное Предание Церкви сохранило для нас множество различных примеров того, как человек может молитвенно предстоять пред Богом, – об этом можно прочитать в житиях святых. Главное, монах не должен забывать смысл своего келейного правила — стояние пред таинством Божиим. Если монах будет непременно рассказывать игумену о том, как он молится, то он сможет что-то менять, и, в конце концов, найдет, как он может больше угождать Богу в своем молитвенном предстоянии. Келейная молитва — это центр, средоточие монашеской жизни, наслаждение и неложная радость для монаха. Кроме того, молитвенное правило находится в постоянном движении, изменении: нужно, чтобы прошло время, пока оно претерпит различные колебания, неустойчивость, изменения и, наконец, достигнет устойчивого состояния, при котором уже не монах будет произносить молитву Иисусову, но сама молитва претворится в слушание словес Божиих.
Если монастырь живет как истинное братство, тело Христово, то дарования одного члена становятся достоянием всех и способствуют созиданию общего тела. Тогда червь зависти не может приблизиться к душам монахов, и преуспеяние в молитве одного брата становится общей радостью и похвалой, потому что Бог действует вся во всех ради славы имени Своего.
Таков, досточтимые отцы, братья и сестры, призыв Святой Горы, которая на протяжении веков остается незыблемым оплотом молитвы. Молитвы ждет от нас Церковь, на нее надеются верующие миряне, которые не имеют возможности молиться так, как монахи, – несмотря даже на то, что многие миряне молятся больше, чем монахи. Монахи должны быть среди тех, кто в белых одеждах добрых дел пребывают пред престолом Бога и Агнца и служат Ему день и ночь в храме Его, и Сидящий на престоле будет обитать в них (Откр. 7, 15).

Архимандрит Елисей, игумен монастыря Симонопетра

11 Ноября 2015